14:44 

Очередная, якобы творческая, писанина

Pepper Snack
Человек — это что-то вроде себацианина, только… другие миры мы еще не захватили, поэтому выбиваем дерьмо из друг друга (c) Farscape
Мой стиль: ухожу в отпуск- выхожу- отрабатываю неделю - получаю перелом ноги - ухожу на больничный - болею до отпуска - ??? короче хорошо, если к отпуску я больничный просто закрою и сразу с больничного в него с миром уйду ХД или придется мне переносить отпуск еще ХД чувствую на работе это можт вызвать бурление говн в одном кабинете, недалеком от меня ХД
Ну а пока я с чистой совестью протупливаю больничный и шляюсь по квартире прямо в гипсе, появилось время разгрести свои залежи. Так что кину сюда еще одну писанину, пусть болтается тут.

Название: Оранжевое ванильное лето
Автор: Pepper Snack
Бета: отсутствует. Если кто-то пожелает отбетить данный текст или стать моей бетой - обязательно пишите мне, любая помощь принимается с радостью.
Пейринг: -
Категория: джен
Жанр: драма
Рейтинг: G
Краткое содержание: По ночам из его комнаты слышны всхипы. В это время в доме все спят. О непростом лете Агито.
Дисклеймер: Мангака рисует, аниматоры тоже рисуют,а я пишу и никого не трогаю.
Примечание: Фик по просьбе. Автор может похвастаться полным незнанием канона в связи с внезапной амнезией. События перепутаны намеренно, для создания определенной атмосферы в фике.
Размещение: сколько угодно, можете даже не спрашивать )
Посвящение: Моему лучшему другу от всей души.
Фандом: Air Gear
По ночам из его комнаты слышны всхлипы. В это время в доме все спят. Икки много раз ходил туда и стучался в дверь. Хотя ясно что это не имеет смысла. Даже если он не дождется разрешения и откроет дверь, Акито сразу спрячется. И ни один из них не заговорит с ним. Агито постоянно говорит теперь что должен защитить Акито. Больше он не говорит ничего. Икки никогда не просит больше поговорить с ним. И больше не пытается понять. Он решил что если Акито сам не хочет чтобы ему помогали - то пытаться не имеет смысла. Он стоит у двери около пяти минут и уходит. Он не спит всю ночь.

У Акито новая игра. Агито уже устал злиться и раздражаться. Акито берет один из АТ и, перевернув его, начинает пальцем крутить одно колесико. Он завороженно смотрит как оно крутится, сначала быстро, потом все медленнее. Он уверен, что пока колесико крутится все будет в порядке. Когда оно останавливается, он снова проводит пальчиком и запускает его. Агито теперь отдыхает в это время. Он знает что Акито ничто не угрожает пока колесико крутится.

Икки говорит что им нужно ходить в школу, иначе они будут дураками. Он добавляет что Акито и так до сих пор на уровне детского сада. Агито заявляет что Икки "мудак" и уходит гулять. Ночью Акито плачет.

Агито разглядывает свою куртку. Она уже старая. Он ее ненавидит. Он бы хотел о ней забыть. Хотел бы чтобы она валялась в углу, пыльная и грязная. Куртку зачем-то постирали. Агито злится. Он уходит из дома чтобы найти кого-нибудь на ком можно выместить свою злобу. Ночью Акито плачет.

Икки находит его на детской площадке. Агито обижает ребенка. Из-под повязки у него текут слезы.

Акито пытается успокоиться. У него не выходит из головы заплаканное лицо Уме. Он лежит на полу и грустно крутит колесико.

"Я хочу мороженого"
"Фу, гадость, я ненавижу мороженое..."
"Ну пожалуйста!"
"Ладно..."
На лице Агито недобрая ухмылка. Он смотрит на малыша с большим ванильным рожком.
"Ну, теперь ты доволен?"
Акито молчит. Из-под повязки текут его слезы, которые Агито неприязненно смахивает. Мороженое медленно тает на солнце, оседая светло-желтой вязкой массой и оставляя пятна на рукаве куртки. Когда он приходит домой он бросает куртку в угол, не глядя. Через два дня Ринго возвращает ему куртку. Постиранной. От куртки пахнет лавандой. Агито кривится. Он ненавидит лаванду. Он ненавидит эту куртку.

Уме умоляет его примерить это платье. Она шила его на большую куклу. Куклу она так и не сделала. Первый раз Уме его о чем-то просит. Первый раз Уме вообще с ним нормально разговаривает. Из нее даже почти выветрилось высокомерие. К тому же платье действительно очень красивое. Акито недолго раздумывает и соглашается. Он уходит в свою комнату и одевает платье, не слушая что пытается сказать ему Агито. ОН смотрит на себя в зеркало. Ему очень идет это платье. Он выходит в коридор. Уме убежденно говорит что он в нем прелестный как куколка. Агито говорит что это сомнительный комплимент. Он рвет платье и швыряет лоскутками в Уме. Больше Уме с ними не разговаривает.

Икки стоит под дверью.
"Послушай, может быть тебе просто одиноко?"
"Мне никогда не бывает одиноко, со мной же всегда этот жалкий размазня!"
Акито не разговаривает с ним до вечера.

Акито пытается успокоиться. У него не выходит из головы заплаканное лицо ребенка. Он пытается занять себя чем-то. Он не знает чем. Он держит в руке АТ. Он чисто автоматически поглаживает совершенно новое колесико и оно начинает медленно крутиться. Он завороженно смотрит, его это успокаивает. Он подталкивает колесико снова и оно продолжает крутиться. Он ложится на пол, на живот и выставив перед собой АТ задумчиво крутит колесико. Он очень расстроен. Он на грани истерики. Агито его не трогает.

Акито берет в руки ножницы.
"Ты больше не увидишь ее, я обещаю."
Он разрезает куртку на много ярких оранжевых кусков. Скоро они, как разбрызганная краска, валяются по всей комнате. Акито сидит в углу. Он понимает что сделал что-то не то. По рукам течет кровь. По рукам и по ножницам. Агито говорит что только такой идиот мог порезаться ножницами. Ночью плачет Агито. Акито не знает что он сделал не так, но боится спросить. Он боится что Агито снова разозлится. И тоже плачет.

Агито замечает что у них провалы в памяти. Он еще не готов быть обеспокоенным этим. Он старается не думать. Он боится думать об этом. Он уже заметил что начинает путать последовательность событий, не может вспомнить даты. Засыпая во вторник он почему-то просыпается в четверг или понедельник. Засыпая пятнадцатого числа он почему-то просыпается двадцатого или восьмого. Теперь он боится засыпать. Он сидит в углу с открытыми глазами и думает только о том что нельзя их закрывать. Глаза открыты широко и начинают слезиться. Он не хотел плакать сегодня. Но теперь без разницы когда. Засыпая сегодня он рискует проснуться послезавтра или вчера.

Ринго обрабатывает его царапины. Она тоже не понимает как можно было поцарапаться ножницами. Она старается не смотреть ему в глаза. Он знает почему.

Мороженое стекает по пальцам и он их облизывает. Оно кажется ему безвкусным. Он брезгливо стряхивает с руки капли и видит Икки.
"Ты зачем это сделал?"
"Не твое дело, мудак..."
Икки хватает его за шиворот и встряхивает.
"Я тебя спрашиваю, зачем ты обидел ребенка?!"
"Отцепись от меня..."
Он не смотрит Икки в глаза. Он его не боится, но ему не нравится что он сам не одобряет своего поступка. Его раздражает собственное небезразличие. Его просто бесит маленькое и назойливое чувство вины. Стыд за совершенное. Икки отпускает его. Агито идет домой позади него. Рука неприятно липкая. Он морщится.
"fuck..."

Агито больше не позволяет Акито играть с колесиком. Его это усыпляет, а им нельзя больше спать. Он боится, что если так пойдет и дальше, то он начнет путать часы. АТ одиноко валяются в углу. На одном из них еще крутится по инерции колесико. Агито раздраженно пинает АТ. Колеса еще совершенно чистые. В последнее время он не использовал их по назначению. Он больше не катается.

Икки стоит за дверью. Агито ему не отвечает. Икки уже давно там стоит, около часа. Хотя теперь ни в чем нельзя быть уверенным. Время его обманывает.
"Послушай, если у тебя какие-то проблемы, может ты просто скажешь? Может быть я могу тебе помочь? Вдвоем ведь легче думать. В конце концов я мог бы хотя бы поддержать тебя. За этим ведь и нужны друзья. Ты не откроешь?"
Он молча случает голос Икки. Он боится открыть. Он боится что за дверью будет день, а не ночь. Он не отвечает и терпеливо ждет, когда Икки уйдет.

Микан орет на него уже с полчаса. Среди криков о том какая же он мелкая пакость, слышится что-то о том, что если он еще раз обидит Уме, то ему здорово достанется. Он безразлично пожимает плечами уходит в свою комнату. В углу лежат АТ. Он нагибается, подбирает один из них и задумчиво смотрит на совершенно новые колеса.

Ринго видит куртку в углу. Не смотря на затертость она все еще ярко-оранжевая. Надо бы ее постирать. Она подбирает куртку. На рукаве какие-то липкие пятна. От них пахнет ванилью. Она улыбается.
"Почти обычный ребенок..."

Он злится. Но не хочет объяснить что не так. Испачканные кровью ножницы летят в окно. Снизу раздается тихий звон, когда они ударяются об асфальт. Агито странно улыбается.
"Жаль что они никому не упали на голову..."

"Он сегодня поцарапался. Ножницами."
"Ну и что?"
"Икки, ну тебе что, все равно?"
"Может и все равно. Подумаешь ножницами поцарапался. Тебе не с кем нянчиться, Ринго?"
"Да при чем тут это, идиот?! Знаешь что он ими делал?!"
"Ну и что же? Что можно такого ножницами делать?"
Ринго молча показывает ему яркие оранжевые ошметки. На них видны засохшие бурые пятна крови. Некоторое время Икки молчит. Потом, словно приняв решение, делает глубокий вдох.
"Знаешь, что мне Симка сказала?"
"Да откуда мне знать, что тебе Симка сказала?!"
В голосе Ринго явно слышится ревность. Икки от этой ревности отмахивается как от назойливой мухи.
"Есть такой слух... Никто правда точно не знает. Но говорят что брат держал Акито на наркотиках. Может поэтому ему теперь так плохо?.."
Ринго молчит. Она старательно отводит взгляд. Она думает о том, что боится Агито.

Он сидит в углу и пытается не заснуть. Рядом валяются АТ. Колесико больше не крутится. Он плачет.

По ночам из его комнаты слышны всхлипы. В это время в доме никто не спит.

@темы: Мозгоблядство (творчество, блин), Внутренности

URL
   

Антропоморфная черная дыра

главная